"Три счастливых дня было у меня..." (цопирайт, Пугачева).
С первого по третье мая я была в Питере.
Я уже не раз признавалась в любви к этому городу... к городу, к его особому воздуху, к его ДРУГИМ людям, ДРУГОМУ темпу жизни... там все - другое.
Благодаря IDN в эти выходные я окончательно сформулировала для себя свое собственное откровение: почему же я люблю этот город... Оказывается, (для меня самой было - откровение!) я люблю его только потому, что не живу в нем. Ведь если бы моя будничная жизнь, наполненная суетой, проблемами и разочарованиями, перетекла бы туда и билась бы среди этих домов и набережных - разве смогла бы я так отдыхать там душой, сбрасывать с себя всю копоть и сажу забот? Нет... ТОлько приезжая в город, в котором можно гулять и ни о чем не думать - только там можно отдыхать и просто ДЫШАТЬ.
Я и дышала. Городом...


Утром первого мая мы с IDN, выйдя из номера на первый по приезду променад, увидели демонстрацию.
Да-да, настоящую первомайскую демонстрацию.
Что-то в ней было не то.
Что-то было не так.
Когда колонна подошла ближе, этим "что-то" оказались милиционеры, окружавшие демонстрантов наподобие конвоя и бдительно стерегшие ликование народных масс. Стражи порядка шли перед колонной и по краям ее, вдоль всего Невского через каждые полметра тоже был воткнут в асфальт серый китель в фуражке, а замыкала пестрознаменную колонну цепь ОМОНовцев совместно с их пятнистым автомобилем.
Вероятно, была опасность, что мирные демонстранты будут кидаться в порыве единения и братства на мирных же зрителей, и вот во избежание мирной потасовки милиция нас берегла. Сурово так, бдительно берегла: я было вылезла на ограждение с фотоаппаратом, но тяжелая мужественная рука вернула меня обратно и погрозила пальцем.
Поэтому фотография получилась сбоку - с тротуара. Но все равно видно, как цепко взяты в кольцо ликующие массы.



Мы никак не могли не присоединиться к радости масс, и купили себе по шарику с улыбающимися мордами: мне - желтый, IDN - красный. Привязали мы эти шары на рюкзаки и поплыли с ними среди толпы. Шары весело трепыхались на уровне голов и задорно били в лоб проходящих мимо. Мой шар так и вовсе оказался сорванцом: ни с того ни с сего он принялся самостоятельно преследовать IDN на предмет ударить его по макушке. Пришлось принять волевое решение - отпустить рвущихся на волю. И мы их отпустили. Они умчались в сторону Финского залива на высоте явно большей, чем птичий полет. На первой фото видно, как они летят. Это снято с большим зумом, много неба вокруг отрезано, и шарики путем фотоЖопа приближены. А там они были - точечками. Эх. Увидите где двух шаров, красного и желтого - привет передавайте. Наши это.

Дальше мы поехали кататься на катере по каналам. Любимое это развлечение - по каналам кататься! Плывешь себе, смотришь красоту вокруг, волны, мосты, чайки, экскурсовод затейливо что-то втирает - ну чудо, чудо! Кстати, рассказала нам в этот раз дамочка экскурсионная, что надо львов на банковском мостике по лапам гладить, и тогда много будет материального благополучия.
Не успел катер пришвартоваться, как мы с IDN побежали ко львам. Для уверенности в том, что львы заметят поглаживания лап, мы гладили им каждую лапу и мммм... круп. Ну, задницу, то есть, что уж тут скрывать. Да, вот прям ходили туда-сюда по мосту и гладили львам зад... лапы. Может, надо было им номера кредиток сказать? Чтобы благосостояние прямо туда падало?...

В общем, потом мы гуляли еще много раз, долго и разнообразно. Предали анафеме Питерскую "Планету суши", официанты которой за полчаса так и не удосужились подойти к нам с меню; предали аналогичной анафеме "Валлхалл"; обнаружили чудесную курицу Тори терияки у Казанского собора; отмахали много километров, свернув: с Невского на Литейный - перейдя по Литейному мосту Неву - дойдя по набережной до "Авроры" (я на нее честно пошипела за все, за все!!!) - от нее забежав в Петропавловскую крепость и оттуда уже - через Кронверкскую набережную - к стрелке Васильевского острова - к Эрмитажу - вниз по Невскому - к себе в отель... Это сколько же получится, если в километрах? Думаю, нехило так.
Вот - сумерки. Отель. Мой любимый широкий подоконник, на котором можно сидеть и смотреть на Невский, и - когда стемнеет - на небо. Кстати, в Питере темнеет гораздо, гораздо позже, чем в Москве - хотя, казалось бы, до белых ночей еще порядочно... но как же здорово - идти в синих сумерках! И не верить часам, на которых - час ночи...





А на поезд в Москву мы чуть не опоздали...
Мальчик-официант из едальни "Две палочки" поклялся приготовить еду не больше, чем за полчаса, однако спустя час мы, подпрыгивая и гарцуя, заставили его упаковать наши роллы в коробку и побежали рысцой на поезд. Вбежали в вагон минут за девять до отправления. Упали на свои места... и только вот тогда поняли, что - все. Выходные кончились.
А теперь - тсссс... признаюсь. Где-то спустя час после отправления, глядя на мелькающие за окнами холмы и лесочки, я вдруг испытала огромное желание поплакать. Так бывает, когда что-то начинает подниматься в душе, щиплет в носу, горячо становится глазам, горький такой привкус - и сами собой наворачиваются слезы. Я ехала и думала, что у меня были волшебные выходные. Что эти три прекрасных дня кончились, и все вернется на круги своя: и будни, и проблемы, и переживания, и разочарования, и заботы, и горечь, и бесконечная борьба за что-то... что те три дня, которых я так долго ждала - позади, и любимый город позади, и ждать теперь уже больше нечего, и надо придумывать какую-то новую точку отсчета, чтобы ею жить, ее по ночам мечтать, планировать, пытаться реализовать... когда исполняется мечта, настигает пустота, которая пока еще не заполнена мечтой новой.
Странно, наверное, смотрелось - сидит человек и ни с того ни с сего у него из глаз начинают катиться слезы. Слезы от того, что волшебство закончилось. Слезы от того, что оно - было!!
И от того, что можно мечтать о новом волшебстве... можно мечтать, что оно когда-нибудь случится еще раз.
Иногда ведь слезы бывают - от счастья...